Достоевский и мировая культура Достоевский и мировая культура 2619-0311 2712-8512 ИМЛИ РАН https://doi.org/10.22455/2619-0311-2024-4-72-89 Научная статья Статьи Свидригайлов и еврей Ахиллес: Поэтика одного эпизода Георгий Сергеевич Прохоров fedor@dostmirkult.ru 25 12 2024 4 28 72 89 Достоевский и евреи «Преступление и наказание» Свидригайлов Агасфер нарратив иудаизация юдофобия Copyright © 2026, IWL RAS 2026 Статья посвящена нарративному и контекстуальному анализу небольшого эпизода из романа «Преступление и наказание», в котором Свидригайлов встречается с евреем. Данный эпизод непосредственно примыкает к сцене самоубийства. Почему свидетелем одного из центральных событий романа оказывается именно еврей? Нарратология данного эпизода демонстрирует привязку еврея к кругозору Свидригайлова. В сознании последнего встретившийся еврей — скроенная средневековыми нарративами инфернальная фигура, продолжающая и завершающая экзистенциальные кошмары героя. Однако на уровне сюжета эпизода мы находим средневековые нарративы о евреях демонстративно нереализованными. Прежде всего отсутствует какая-либо заинтересованность еврея в вечной погибели своего христианского vis-a-vis. Вне восприятия Свидригайлова еврей выглядит действующим из мелочного сиюминутного интереса — не оказаться вовлеченным в некрасивую историю. Его поведение не уникально, наоборот, дублирует «маленьких чиновников» русской литературы XIX века. Сюжет эпизода профанирует ожидания Свидригайлова, его лиминальную и макабрическую попытку не то навязаться в братья, не то напоследок поиздеваться над представителем инфернального мира. Сопутствующие контексты и пластика фигур намечают еще один пласт, в котором сам Свидригайлов предстает alter ego еврея, так что с ним самим связаны мотивы, которые в романтической литературе были привязаны к Агасферу. Замещение демонстрирует «иудаизацию», осмысленную в рамках воззрений XIX века как приобщение христианского по происхождению героя к капитализму.