Достоевский и мировая культура Достоевский и мировая культура 2619-0311 2712-8512 ИМЛИ РАН https://doi.org/10.22455/2619-0311-2025-1-28-45 Научная статья Статьи О дрожащей твари в «Преступлении и наказании» Татьяна Александровна Касаткина fedor@dostmirkult.ru 25 03 2025 1 29 28 45 Достоевский «Преступление и наказание» «дрожащая тварь» Пушкин «Клеветникам России» Байрон «Каин» Елизаветинская Библия «стеня и трясыйся» Copyright © 2026, IWL RAS 2026 Объем смыслового поля словосочетания «дрожащая тварь» в «Преступлении и наказании» воспринимается современными исследователями как вполне определенный и узкий. Такое восприятие связано с однозначно установленным для этого словосочетания прецедентным пушкинским текстом, отсылающим к тексту Корана. Видимо, именно в связи с указанной «очевидной» определенностью никому не пришло в голову применить в этом случае концептный анализ и посмотреть, как именно существуют в романе слова с корнем «дрожь». Между тем, можно констатировать серьезный конфликт между «очевидным» значением дрожи твари в словосочетании, употребляющемся Раскольниковым при противопоставлении «имеющим право», и романными ситуациями, в которых мы видим дрожащих или вздрагивающих героев. Важно отметить, что после последовательно проведенного анализа концепта становится возможным радикально расширить и объем прецедентных текстов, имеющихся в виду Достоевским, причем подключение каждого из них отвечает на те или иные «безответные» вопросы романа, изменяя или убедительно подтверждая «силовые» идейные линии романного универсума. В числе прецедентных текстов оказываются библейская история Каина (причем Достоевский намеревался сделать ее основным прецедентным текстом, что видно из черновиков, но в окончательном тексте увел в тень), пушкинское стихотворение «Клеветникам России», байроновский «Каин».