Достоевский и мировая культура Достоевский и мировая культура 2619-0311 2712-8512 ИМЛИ РАН https://doi.org/10.22455/2619-0311-2022-3-133-146 Научная статья Статьи Личность Раскольникова как символ: А.Ф. Лосев и Ф.М. Достоевский Елена Аркадьевна Тахо-Годи fedor@dostmirkult.ru 25 09 2022 3 19 133 146 Достоевский «Преступление и наказание» Лосев мифология символ христианство философия литература автопроекция Copyright © 2026, IWL RAS 2026 Статья посвящена анализу восприятия философом Алексеем Федоровичем Лосевым (1893–1988) творчества Ф.М. Достоевского, прежде всего романа «Преступление и наказание». Автором констатируется перманентный интерес мыслителя к наследию Достоевского, начиная с 1900-х годов и вплоть до последних дней жизни, но особое внимание уделяется суждениям о Достоевском в книгах «Диалектика мифа» (1930) и «Проблема символа и реалистическое искусство» (1976), в докладе «О мифологии в литературе» (1983), в эпистолярии 1932–1933 годов, когда Лосев находился в заключении в исправительно-трудовом лагере на строительстве Беломорско-Балтийского канала, а также в художественной прозе 1930–1940-х годов (рассказ «Жизнь», роман «Женщина-мыслитель). При рассмотрении центральной проблемы — выявления имплицитной сути лосевской интерпретации личности Родиона Раскольникова как символа и связи этой интерпретации с историософской концепцией становления «единой всемирно-человеческой мифологии», попутно затрагиваются и другие не менее существенные вопросы: понимание Лосевым мифологического реализма Достоевского в целом, его внимание к первичным моделям, определяющим стиль идеологических романов Достоевского, осмысление обоими авторами метафизики преступления, их отношение к христианскому наполнению идей «жертвы» и «страдания», лосевская автопроекция на роман «Преступление и наказание» в переписке с женой в эпоху пребывания в исправительно-трудовом лагере на строительстве Беломорско-Балтийского канала, обусловленная тем, что философ на собственном опыте, биографически переживает сюжет «преступление–наказание», что актуализирует в его подсознании каторжный опыт самого Достоевского и его героя.